Концепции происхождения Великого княжества Литовского

Несмотря на неуспехи в Северо-западной и Центральной Руси, литовские дружины в середине сороковых годов хозяйничали на русских землях Поднепровья, и южная граница Литовского государства заметно подвинулась, включив Новогрудок, Слоним и Волковыск м окрестностями[5]. Русские стали называть Миндовга великим князем, а немцы – королём.

Итак можно сделать вывод, что в сороковых годах XIII в. заме

тно расширились пространства, которыми правил Миндовг и его близкие, а это время следует считать окончательным образованием ВКЛ.

2. Концепция Ермаловича и контрконцепция Насевича

Выше была рассмотрена концепция литовских историков, а сейчас я хочу рассмотреть белорусских, в частности концепцию М. И. Ермаловича и мнение по этому поводу других историков, в частности мнение Насевича и предложенную им концепцию.

В разные исторические периоды под Литвой понимали не одну и ту же территорию, не один и тот же народ. Стародавняя Литва отождествляется с другой исторической областью – Аукштатией, которая занимала восточную часть современной Литвы.

Одной из причин отождествления летописной Литвы и Аукштатии является то, что последняя в старорусских летописях не вспоминается. Поэтому был сделан вывод, что она выступает тут под названием Литва[6].

По мнению Насевича, сами литовские князья, а вместе с ними и хронисты крестоносцев в качестве синонима Литвы использовали термин «Аукштотия» или «Аукштота», а также подтверждает слова Ермаловича о том, что русские летописцы такого термина не знают. Поэтому он предполагает, что этот термин имел узкоэтническое значение и был создан по аналогии с Жамойтию («Жамайтия» по-литовски означает «нижняя», «Аукштатия» – «верхняя»)[7].

Ермалович считает, что стародавняя Литва и Литва современная разные понятия, т.к. месторасположение первой он находит на территории современной Беларуси. Ипатьевский летопись в 1159 г. рассказывает про то, что минский князь Володар Глебович «ходяше под Литвой в лесах», а в 1162 г., что он же выступил на своего противника «с Литьвою». Поэтому он делает вывод, что Литва находится по соседству с Минским княжеством. До этого же вывода, основываясь на тех же самых летописных сведеньях, пришёл и А. Насонов. На подтверждение этого Ермалович ссылается на топонимику. На правом берегу Усы (приток верхнего Нёмана), по которой шёл западный рубеж Минского княжества, он находит в Столбцовском и Узденском районах Минской области топонимы «Литва», которые, бесспорно, являются автографами, что оставила Стародавняя Литва[8].

С этим утверждением категорически не согласен Насевич. Он утверждает, что Ермалович, который считает, что эти названия очерчивают основную территорию стародавней Литвы, игнорирует один из основных законов топонимики: название Литва деревня не могла иметь там, где все населённые пункты литовские, а только в другоязычном окружении. Насевич говорит, что при таком подходе летописная Литва попадает в границы неурожайных песчаных почв, лесов и болот, в том числе большой Нолиботской пущи. Поэтому ядром этносу эти земли не могли быть просто физически. Так же Насевич утверждает, что на той территории которую описывает Ермалович, как показали археологические исследования, нет не то что балтских, но практически никаких археологических памятников, которые бы датировались XIII в.

Итак хочу дальше продолжить излагать точку зрения Ермаловича на счёт месторасположения стародавней Литвы. Он считал, что летописная Литва находилась не только на правом, но и на левом берегу Нёмана. То, что некоторая часть Литвы находилась недалеко от Припяти, сказал И. Беляев в своей книге «Очерки истории Северо-Западного края» (1867 г., ст19). Так же Ермалович ссылается ещё и на Ипатьевский летопись 1246 г[9].

На эти мысли Ермаловича подтолкнуло мнение А. Кочубанского о том, что название «Литва», связано с корнем «ли» в нашем «лить», в литовском «лиетус» (дождь), означает жителей влажной местности. Он утверждает так же, что название «дригавичи» также литовского происхождения («дрэгнас» – по-литовски «влажный»).

Для науки имеет принципиальное значение осветление вопроса, где же была «Литва Миндовга». Ермалович даёт ответ, что «Литва Миндовга», как и вся Литва, находилась не в Аукштатии, а в Верхнем Понемонии, где и Варута.

Первое известное историкам вспоминание про Литву в письменных источниках найдено в так называемых Квидлебургских анналах. Хроника говорит про 1009 г., что активный христианский миссионер святой Бруно принял смерть от язычников на границы Руси и Литвы. По мнению Ермаловича то, что в латиноязычной летописи название «Литва» выступает в славянской форме и что там говорится об границе с Русью, свидетельствует о том, что разговор там ведётся о Литве в Верхнем Понемоньи, т.к. только в таком случае она могла граничить с Русью, от которой территория современной Литвы была отгорожена яцвягами[10].

Так же Ермалович ссылается на то, что во времена А. Мицкевича Литвою называли не только современную Литву, но и часть восточнославянских земель, что значит не то, что они находились в составе ВКЛ, а то, что они являлись землями стародавней Литвы. С расположением стародавней Литвы в Белорусском Понемоньи связано и то, что население его, ассемелировавшись у белорусов, называло себя по-старому литвинами.

Наиболее важным, подчёркивает Ермалович, то, что стародавняя Литва врезалась клином между Полоцкой, Турово-Пинской и Новогрудской землями и вместе с ними являлась одной из исторических областей Беларуси. Понятно, что при объединении этих земель она не могла не войти в состав территории Беларуси, как одной из её составных частей. В середине XIII в. она очутилась в фокусе политического соперничества соседей с её землёй, которые стремились завоевать её, что было первым звеном увеличения их власти на другие земли. В этом соперничестве и одержал победу Новогрудок, который и стал центром создания нового государства – Великого княжества Литовского. Только сейчас в связи с объединением белорусских земель, началось объединение в этом государстве и балто-литовских земель. Вот почему нет никаких оснований говорить про существование до этого времени Литовского государства[11].

Далее я хочу рассказать про концепцию Насевича. Литва вспоминается в источниках с начала XI в., как один из прибалтийских народов, чьи земли граничат с Киевской Русью. В таком качестве ее описывают как русские летописцы, так и западноевропейские хронисты[12]. Термин «Жемоить» впервые появляется в Ипатьевском летописи как название территории, подвластной некоторым из литовских князей, которые в 1219 году подписали мирное соглашение с Владимиро-волынским княжеством. Рядом в таком же смысле вспоминается Девалтва. Русские и крестоноские источники называют также другие княжества и субэтносы в составе Литвы: Нальшаны, Упиту – так же, как в составе прусских земель существовали княжества Самбия, Памезания, Пагезания и др., в составе территории, что занимали яцвяги – Дайнава, Судава, Галиндия, Палексия.

Но, как утверждает Насевич, есть основания утверждать, что изначально Жамойтия была подчинена Литве в политическом, а не в этническом смысле: как территория, которая принадлежала князьям литовского происхождения. В Жамойтии имелись такие же территориальные единицы, как и в землях самостоятельных балтийских народов, что даёт право считать её население не малым племенем, а особенным этносом, когда-то связанном литовцами. Об этом выразительно свидетельствуют и археологические даденные: на территории современной Литвы в XIII в. существовали два различных культурных ареала: западный и восточный. Первый, который почти совпадал с территорией Жамойтской земли более поздних времён. Другой охватывал восточную половину современной Литвы и прилежащие части Беларуси.

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «История и исторические личности»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы