Реформаторская деятельность Петра I и складывание российского абсолютизма

Царь много раз убеждался в том, что самые разумные законы не соблюдались, что можно изыскать множество способов, чтобы обойти закон. Возникла задача организации контроля за деятельностью учреждений и должностных лиц. Первую такую попытку Петр предпринял в 1711 г., когда одновременно с учреждением Сената был создан институт фискалов. Во главе этого института стоял обер-фискал, подчинявшийся непо

средственно Сенату. Обер-фискалу были подведомственны губернские фискалы, а также фискалы в городах.

Фискалы осуществляли тайный надзор за деятельностью всей администрации. Они не вмешивались в решение вопроса, молчаливо следили за ходом дел и затем доносили обо всем, что, по их мнению, нарушало законность: о казнокрадстве, взяточничестве и т.д. «Во всех тех делах фискалам надлежит только проведывать и доносить при суде обличать, а самим ничем ни до кого, также и в дела, глас о себе имеющих, ни тайно, ни явно не касаться».

Петр поощрял рвение фискалов к доносам, вознаграждая их половиной штрафов, взысканных с обвиняемых, а также освобождая от податей, подсудности местной администрации, а главное – от всякой ответственности за неправый донос: «буде же фискал на кого и не докажет всего, то ему в вину не ставить». Этот пункт указа вызвал бурю негодования, и Петр изменил в 1714 г. формулировку: за ложный донос фискал подлежат такому же наказанию, какому должен подвергнуться обвиняемый, вина которого не доказана.

Фискалы не обеспечивали надежного контроля прежде всего потому, что они не предупреждали нарушений законов, т.е. преступлений, а всего лишь регистрировали их, чтобы привлечь виновного к ответственности. Более того фискал был заинтересован, чтобы противоправное действие (казнокрадство, мздоимство) было доведено до конца, - в этом случае фискал получал неопровержимое доказательство вины и мог рассчитывать на вознаграждение.

В 1722 г. Петр дополнил надзор фискалов надзором прокуратуры. Задача прокуроров состояла в предупреждении преступлений, они осуществляли гласный надзор за деятельностью Сената и прочих учреждений.

Генерал-прокурор, как сказано в указе о его должности, был «оком государственным», которому поручалось «смотреть накрепко, дабы Сенат свою должность хранил, и во всех делах, которые к сенатскому рассмотрению и решению надлежат, истинно, ревностно и порядочно… отправлял ». Генерал- прокурор непосредственно подчинялся царю и мог быть судим только им. Генерал-прокурору и прокурорам разрешалось вмешиваться в обсуждение того или иного вопроса, указывая на незаконность принимаемого решения и необходимость его пересмотра.

Первым генерал-прокурором Сената был Павел Ягужинский, человек весьма деятельный и властный, умевший предать своей должности высокий престиж. Это, однако, не помешало малой эффективности работы контролирующих органов. Контроль за бюрократией можно было осуществлять двумя способами: привлечению к контролю общественных сил, внедрением гласности или использованием для контроля бюрократии.

Одновременно с генерал-прокурором при Сенате были учреждены еще две важные должности: герольдмейстера, унаследовавшего функции Герольдмейстерской конторы Сената, ведавшей учетом служивых людей, регистрацией их продвижения по службе, дворянскими смотрами и т.д., рекетмейстера, принимавшего челобитные на имя царя.

Церковную реформу с полным основанием можно отнести к важнейшим административным начинанием Петра – они коренным образом изменили положение церкви в государстве и решительно пресекли ее притязание на вмешательство в светские дела. Новшества коснулись двух сторон жизни церкви – ее материальных ресурсов, т.е. церковного землевладения, и ее места в государственной структуре. Оба явления имеют давнюю историю и ведут свое начало от XVI в., когда светские феодалы стали покушаться на монастырские вотчины и когда трагически оборвалась жизнь митрополита Филиппа, осмелившегося осуждать поступки Ивана IV.

Принципиальное отличие церковной политики Петра от политики его предшественников состояло в том, что она строилась не на базе личных отношений между представителями светской и духовной власти, а на тезисе, что все, в том числе и монарх, являются слугами государства и что церковь тоже обязана вносить свою лепту в эту службу. При такой постановке вопроса не могло быть и речи о независимости церкви, ее материальной и политической самостоятельности.

Начало использования материальных ресурсов церкви для государственных нужд было положено после второго Азовского похода, когда правительство обязало церковных иерархов отчитывать о доходах и расходах монастырей и епархий, запретило производить им сверхштатные расходы, а также возводить новые монастыри, а в существующих сооружать новые здания и выдавать жалование церковникам, владевшим вотчинами. Самой обременительной повинностью была корабельная, обязывавшая 17 духовным «кумпанствам» соорудить по кораблю.

Местоблюститель патриаршего престола. Новый этап во взаимоотношениях светской и духовной власти связан со смертью патриарха Андриана в 1700 г. Известный прибыльщик А.А. Курбатов отправил письмо находившемуся под Нарвой Петру с рекомендацией повременить с избранием нового патриарха и создать учреждение для управления монастырскими вотчинами во главе с И.А. Мусиным-Пушкиным.

Царь с охотой воспользовался всеми советами Курбатова: вместо избрания нового патриарха он изобрел новую должность, целиком зависимую от воли государя, - местоблюстителя патриаршего престола, на которую он назначил рязанского митрополита Стефана Яворского. Царь надеялся найти в Яворском активного сторонника церковной реформы и преобразований, но ошибся: рязанский митрополит придерживался консервативных взглядов, был тайным сторонником восстановления патриаршества, не разделял нововведений.

Местоблюститель проявлял внешнюю покорность и лишь однажды не выдержал и вступил с осуждением введения Петром фискалов, которых царь указом 1711 г. освободил от наказания за ложный донос. Осуждая произвол фискалов, Стефан Яворский счел справедливым подвергать фискалов наказанию, которое полагалось обвиняемому, если обвинение не было доказано. Публичное выступление местоблюстителя вызывало гнев Петра, и Стефану пришлось умолять о прощении.

Царь внял и совету Курбатова создать «особливый расправный приказ для сбора и хранения казны» - в 1701 г. был восстановлен Монастырский приказ для управления вотчинами во главе с боярином Мусиным-Пушкиным.

По данным на 1722 г., духовенству принадлежала 1/5 часть всех крестьян страны. Монастырские вотчины были разделены на две категории - «определенные», доход с которых поступал на нужды монастыря, и «заопределенные», управляемые агентами Монастырского приказа, доход с которых поступал в казну. Тем самым была осуществлена частичная секуляризация церковных владений, т.е. передача их и доходов с них в управление светского учреждения.

Обнаружив сомнительную преданность Стефана Яворского преобразованиям, Петр занялся поисками подлинного соратника в осуществлении церковной реформы. Он обрел его в лице Феофана Прокоповича, запомнившегося ему по речи, которую произнес проповедник в Софийском соборе в Киеве по случаю Полтавской победы. В проповеди Прокопович восхвалял преобразования, преобразователя и полководца, одержавшего блистательную победу.

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «История и исторические личности»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы