Промышленное хозяйство А.Демидова

Истощение руд близ Суксунского завода и значительные расходы на ее доставку с рудников на р. Бым побудили Акинфия Никитича построить новый завод непосредственно у источников сырья. Бымовский завод с шестью медеплавильными печами находился на расстоянии 1–15 верст от рудников и начал плавку меди в сентябре 1736 г. Однако и эта мера не обеспечила бесперебойной работы предприятия,– завод имел прос

тои «за малостию в пруде воды, а паче за скудостью медных руд». Дело в том, что Бымовский завод был построен в 11 верстах от Юговского и в 16 верстах от Бизярского заводов Осокина. Это и создавало трудности в обеспечении предприятия сырьем.

На реке Бым Демидов намеревался построить еще один медеплавильный завод, но обстоятельства вынудили А.Демидова отказаться от постройки завода там и возбудить ходатайство о постройке его на р. Ашапе, способной обеспечить работу восьми медеплавильных печей. Разрешение на постройку Ашапского завода с шестью печами Демидов получил 1 июня 1741 г. и в том же году приступил к строительным работам. Первые две печи начали плавку меди 30 октября 1744 г., а 3 января 1745 г. начали работу и остальные четыре печи.

На Ашапском заводе, в отличие от Бымовского, цикл медеплавильного производства был завершенным – одновременно с плавкой черновой меди производилась и ее очистка.

Четвертый медеплавильный завод с двумя печами на р. Шакве в 35 верстах от Кунгура был построен Демидовым без позволительного указа. Он был пушен 6 июля 1740 г.

Самоуправство Акинфию сошло с рук, он отделался лишь непродолжительной волокитой; указ на сооружение уже построенного завода был выдан 28 сентября 1743 г.

Итак, Акинфий Никитич за 20 лет владения наследием, полученным от отца, расширил его почти в три раза, введя в строй 18 новых заводов: два доменных и молотовых, девять молотовых, шесть медеплавильных и косную фабрику. Вмести с шестью заводами на Урале и одним в Европейской России промышленное хозяйство Акинфия Демидова к концу его жизни в 1745 г. состояло из 25 заводов. К этому следует прибавить Бынговский кожевенный завод, построенный в 1723 г., и Тисовскую пильную мельницу, пущенную в 1730 г., а также кожевенный завод при ней, начавший работу два года спустя.

3. Производство серебра и золота на демидовских заводах.

Ходит легенда, что в подземельях Невьянской башни А.Демидов вел тайную выплавку золота и серебра и даже чеканил рубли. Чеканку монет доказать не удалось, но нашлись убедительные свидетельства о секретной выплавке драгоценных металлов на Невьянском заводе. Оказалось, что золотую и серебряную руду на Урал доставляли с Алтая, где А.Демидов завел свои рудники и заводы.

Началось это летом 1725 г., когда демидовские «рудоведы» наладили на реке Локтевке плавильную печь и отправили на Невьянский завод первые руды черновой меди с примесью серебра и золота. А следующим летом на Алтай прибыл обоз со всем необходимым для небольшого заводика с двумя плавильными печами. Осенью по не успевшим замерзнуть водам Иртыша уже плыл караван стругов с алтайской черновой медью, чтобы доводить ее «до кондиций» в плавильных печах Невьянского завода.

А на следующий год многолюднее стало на прежде пустынных отрогах Колыванских гор. Акинфий прислал сюда плотников, каменщиков, мастеровых разных профессий. Для большого завода выбрали удобное место в шести верстах от локтевских печей на речке Белой у Синей сопки.

Так родился знаменитый Колывано–Воскресенский завод, с которым вскоре уже не могли соперничать лучшие горные предприятия Европы.

Первые несколько лет (примерно до 1732 – 33 годов) добыча меди и «драгих» металлов велась под началом Никифора Семенова, которого А.Демидов назначил приказчиком Колывано–Воскресенских заводов [1с.58]. Позднее между ними произошла какая–то ссора, и приказчиком стал Родион Набатов.

Зимой 1744 г. на Невьянской завод с Алтая прибыл посыльный с письмом от приказчика Колывано–Воскресенских заводов, в котором тот уведомлял, что в Петербург выехал Ф.Трегер с образцами самородков и рудных кусков серебра.

Это письмо взволновало Акинфия. Он немедленно выехал в Москву к Елизавете Петровне. 8 февраля 1744 года Акинфий получил личную аудиенцию у императрицы, пал ей в ноги и преподнес подарок – слиток золотистого серебра весом в 27 фунтов. А «на словах» объявил, что выплавил это серебро впервые и совсем недавно из колывановских руд. И попросил для «подлинного освидетельствования драгоценных руд прислать сведущего доверенного чиновника» и решить их судьбу.

И.А.Черкасов вместе с Демидовым выбрал «доверенного чиновника» Андрея Беэра (давний приятель Акинфия) [1с.97]. Весной 1744 года он и Иван Улиха по указу императрицы выехали на демидовские заводы.

Демидов действительно добывал самоцветные камни и драгметаллы на своих рудниках [1с.103-105], но Беэр не старался выявить колыванские секреты А.Демидова. Даже наоборот – пытался скрыть их.

Никакая информация, изобличающая Акинфия в незаконных делах, до столицы не дошла.

После внезапной смерти А.Н.Демидова 5 августа 1745 года Колывано–Воскресенские заводы перешли императорской семье.

4. Акинфий Демидов – геолог, организатор научной работы.

Демидовское промышленное хозяйство развивалось в атмосфере постоянного поиска и эксперимента. Уже в первый приезд на Невьянский завод (в 1702 г.), ознакомившись с положением дел, Акинфий, «в совершенстве» (по оценке Б.Б.Кафенгауза) знавший мортирное и пушечное литье, предложил поставить и это производство [3 с.35]. Судя по переписке 30-х – начала 40-х годов А.Н.Демидова с заводской конторой на Нижнетагильском заводе, под личным руководством Акинфия Никитича велась практически непрерывная модернизация доменного и железоделательного производств. Модернизацию при нем претерпел и первый (Тульский) завод Демидовых [3 с.35].

По инициативе и на средства А.Н.Демидова предпринимались геологоразведочные работы. Сколько можно судить из документов работы не носили характера масштабных экспедиций – в дорогу чаще отправлялись рудознатцы-одиночки (часто представители местного населения) или их небольшие группы.

Опубликованные А.С.Черкасовой письма А.Н.Демидова к нижнетагильским приказчикам содержат многочисленные свидетельства его живой заинтересованности ходом и результатами геологоразведочных работ. Он принимает меры для приобщения местного населения к разведке железных и медных руд (даже порицает приказчика за проявленную скупость), торопит с присылкой в Невьянск образцов, сам посылает их для раздачи «по малой части для прииску» тем, «которыя охоту к тому имеют», отдает распоряжения об испытании в печи обнаруженного камня. Интересны письма конца января – начала февраля 1732 г., речь в которых идет о бурении в шахте, начатом иностранным мастером. Прося всемерно ускорить работу, Акинфий признается: «мне ваша руда не нужна» – и объясняет, что интересуется результатом «ради испытания, что в глыбе бывает являтца», ибо «все иноземцы сказывают, что в глыбе бывает руда лутчее» (цит. по [3 с.33]). Перед нами эксперимент, ориентированный не на достижение частного результата, но на установление общей, выходящей за границы частного случая, закономерности.

Страница:  1  2  3  4  5 


Другие рефераты на тему «Краеведение и этнография»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2018 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы