Антиамериканские движения в странах Центральной Америки в 1920-х годах

Администрация США прибегала и к вооруженным интервенциям — прежде всего в наиболее приближенных к США географически странах Центральной Америки и Карибского бассейна. В 1904, 1914, 1916-1924 гг. американские войска размещались в Доминиканской Республике, в 1906 — 1909, 1912, 1917-1922 гг. — на Кубе, в 1905, 1907, 1911, 1912 гг. — в Гондурасе. В 1914 и 1916 гг. интервенционистские действия США п

редпринимались в отношении Мексики, в 1915-1934 гг. США фактически оккупировали Гаити, а в 1912-1933 гг. (с небольшим перерывом) — Никарагуа [8, с. 44]. В 1918-1920 гг. под предлогом защиты американских граждан, Соединенные Штаты отправляли свои войска в Панаму и Гватемалу. В отличие от «дипломатии доллара», понимаемой как сочетание политико-дипломатических средств давления с экономическими, линия на прямое использование вооруженной силы в интересах отстаивания американских интересов в регионе получила название «политики большой дубинки». Ее автором считается президент США Теодор Рузвельт (1901-1909 гг.) [6, с. 396].

Формирование первой многосторонней структуры безопасности в Латинской Америке. Вашингтонский договор (февраль 1923 г.). В феврале 1923 г. по инициативе США в Вашингтоне был заключен первый многосторонний Договор о мире и дружбе между пятью центральноамериканскими государствами. Участником этого договора стали и Соединенные Штаты, которые приняли на себя обязанности его гаранта. Договор был призван содействовать предупреждению конфликтов и стабилизации отношений между малыми странами региона, в которых было довольно много нерешенных проблем, территориальных и иных споров. Одновременно договор должен был служить укреплению позиций слабых правительств центральноамериканских стран в условиях волнообразного развития национально-освободительных тенденций в регионе. Вызывали беспокойство США и наметившиеся контакты революционного и традиционно антиамериканско настроенного правительства Мексики, а затем и некоторых других стран с Советским Союзом.

AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA

Вашингтонский договор юридически закреплял за США ту роль фактического силового гегемона, которую они играли в региональной политике. Отныне Вашингтон имел уже все формальные основания вмешиваться во внутренние дела государств Центральной Америки под предлогом необходимости обеспечения мира и стабильности.

Опираясь на букву Вашингтонского договора, военное ведомство и спецслужбы США во второй половине 20-х годов разработали серию (так называемых цветных) военно-стратегических планов на случай возникновения чрезвычайных обстоятельств в центральноамериканских государствах (внутренних беспорядков, угрозы финансовому благополучию американских компаний и т.д.). Эти планы предусматривали различные формы вооруженного вмешательства и были достаточно продуманы как в своей содержательной части, так и с формальной точки зрения [6, с. 397].

«Особый коричневый план», рассчитанный на 1924-1933 гг., предусматривал сценарии вторжения на Кубу с последующим установлением контроля над ее внешней и внутренней политикой и размещением на кубинской территории военно-морских баз, а в случае необходимости — с оккупацией. Этот план политически восходил к принятой американским конгрессом еще в 1901 г. «поправке Платта», в которой содержалась ограничительная трактовка права этой страны на суверенитет.

«Стратегический серый план» (рассчитан на 1927-1936 гг.) был сориентирован на аналогичные действия в отношении центральноамериканских и карибских государств. Обеспечение интересов безопасности США в зоне Панамского канала должно было гарантироваться на основе «Основополагающего белого военного плана». Для Мексики был разработан «зеленый план», действовавший до 1940 г.: в его рамках могли осуществляться акции по захвату нефтяных и угольных месторождений и установлению блокады мексиканских портов.

2. Политическая ситуация в странах Центральной Америки после первой Мировой войны

Характерной новой чертой политической жизни некоторых центральноамериканских республик после первой мировой войны был приход к власти либерально-реформистских правительств, сменивших консервативно-олигархические режимы и предпринявших меры по демократизации, экономическому и социальному развитию своих стран. Так проявлялся кризис традиционных консервативных политических форм господства правящих классов, когда развитие капитализма привело к усложнению социального состава общества, усилению новых классов и социальных слоев, в том числе промышленной буржуазии, пролетариата, средних слоев населения, претендовавших на участие в политической жизни.

Однако развитие капитализма в странах Центральной Америки происходило преимущественно в рамках сложившихся социально-экономических структур, на их основе. Отсюда недостаточная самостоятельность и относительная слабость местной промышленной буржуазии, противоречия которой с агроэкспортной олигархией и иностранным капиталом в основном вылились в умеренно-реформистские формы, в борьбу за частичные перемены, скорее за «место под солнцем» в системе и ее постепенную эволюцию, чем за ее ниспровержение. Эти противоречия часто выражались не прямо, а опосредованно, через более общие устремления к переменам широких буржуазных и мелкобуржуазных слоев, демократической интеллигенции и либеральных помещиков. Быстро нараставшее рабочее движение также заставляло местную буржуазию, с одной стороны, поспешить с реформами, а с другой–действовать с оглядкой.

Либеральный реформизм в Центральной Америке развивался под влиянием западноевропейского и североамериканского буржуазного реформизма начала XX в. Однако природа латиноамериканского реформизма 10–20-х годов XX в. во многом была близка европейскому либерализму эпохи утверждения промышленного капитализма. Целью его объективно было обеспечить более благоприятные условия для развития местного капитализма, добиться реального осуществления правовых норм буржуазного общества. В нем имелись и черты национал-реформизма, поскольку речь шла о стимулировании национальной экономики и решении задач национального развития в условиях экономической зависимости от мировых центров капитализма, о стремлении ослабить эту зависимость [5, с. 188].

В Мексике победа революции 1910–1917 гг. создала особенно благоприятные условия для проведения реформистской политики в интересах местной национальной буржуазии и во имя национального развития. Этому содействовали разгром консервативных сил, активная роль народных масс и в то же время ведущие позиции национальной буржуазии в революции, укрепившиеся после поражения самостоятельной борьбы революционного крестьянства. В 1919 г. был убит легендарный крестьянский генерал Эмилиано Сапата. В 1920 г. прекратил вооруженную борьбу другой руководитель крестьянской повстанческой армии – Панчо Вилья, в 1923 г. также убитый из-за угла. Доверие к официальным «вождям» победившей революции было свойственно рабочим, которым конституция 1917 г. обещала прогрессивное трудовое законодательство. Таким популярным «вождем», «революционным каудильо», как его называли, многим представлялся генерал Альваро Обрегон (1880– 1928). Во время революции он командовал армией «конституционалистов». В 1920 г. Обрегон выступил против правительства В. Каррансы, выражавшего интересы блока либеральных помещиков и умеренного крыла буржуазии. В результате восстания Карранса был свергнут и убит. 1 декабря того же года, победив на выборах, А. Обрегон стал президентом республики (1920–1924).

Страница:  1  2  3  4  5  6 


Другие рефераты на тему «История и исторические личности»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2020 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы