Германский вопрос в 1940–60-е годы в системе международных отношений

Так, может быть, хотя бы здесь – в стимулировании недовольства немцев их союзниками, в разжигании противоречии в «лагере противника» – можно усмотреть успех советской дипломатии в ходе берлинского кризиса? Опять-таки нет. Напротив, доводы о «предательстве» Запада, об антинемецком «сговоре-заговоре» великих держав стали питательной средой для оживления неонацистской пропаганды, ранее привлекавше

й лишь ничтожный круг «вечно вчерашних». Вначале это выразилось в появлении и скандальном успехе трудов, прославлявших либо Бисмарка (в более умеренном варианте), либо Гитлера и Мао, а затем и в соответствующем организационном акте: 28 ноября 1964 г. была создана Национал-демократическая партия Германии, успехи которой на выборах в 1966–1968 годах напугали весь мир.

С другой стороны, возведение стены завершило ту серию роковых ударов по движению «Борьба против атомной смерти» и вообще по антиаденауэровской левоцентристской оппозиции, которые начались с «хрущевского ультиматума» 1958 года. Собственно, кризис этого движения начался еще раньше, однако с 1959 года оно окончательно раскололось. Левое крыло, представлявшее главным образом студенческую молодежь, ушло в ультралевизну и, сосредоточившись на борьбе с «империализмом» и «обществом потребления», фактически отстранилось от антивоенной деятельности. Усиление дифференциации политических сил в ФРГ, которое порой считают чуть ли не успехом советской политики в германском вопросе, привело, таким образом, к появлению наряду с правым и левого экстремизма. Ситуация стала обнаруживать тревожные параллели с поздневеймарской Германией.

Тем временем германская социал-либеральная мысль все более утверждалась в понимании того, что на путях непримиримой конфронтации с СССР невозможно достигнуть воссоединения, что гибкая политика компромиссов и гуманитарного проникновения на Восток принесет гораздо больший эффект. Эгон Бар, советник В. Брандта, говорил теперь о новой германской политике. Его стратегия «поворота путем сближения» покоилась на мнении, что «воссоединение – это не одноразовый акт, который будет осуществлен одним историческим решением в один исторический день на одной исторической конференции, но процесс со многими шагами и многими остановками». И представляется «…более реалистичным усиливать ГДР экономически, чем исключать из дискуссии». Это и стало новым политическим стартом, ведущим к эрозии тоталитарной системы. Обе стороны пускались, сначала осторожно, потом все активнее в опасное плавание, финиш которого состоялся через четверть века. На выборах осенью 1969 г. побеждает социал-либеральная коалиция во главе с В. Брандтом и В. Шеелем.

Теперь создавалась основа для оформления новых принципов взаимоотношений. Начало положила встреча А. Громыко с В. Брандтом осенью 1968 г. в Нью-Йорке и беседа о возможности отказа от применения силы. Летом следующего года Москва предложила Бонну переговоры на эту тему. А в декабре 1968 г. заседание в Москве лидеров государств Организации Варшавского Договора дало зеленый свет переговорам СССР-ФРГ. Так началась тщательная подготовка Московского договора, который был парафирован 7 августа в особняке МИД и подписан 12 августа 1970 г. в Екатерининском зале Кремля. Новая эра в германских отношениях началась.

Заключение

Исторический этап от Потсдама до падения Берлинской стены изменил облик Европы, картину мира и, конечно, судьбы России и Германии. Он вместил в себя события особой, несравнимой с прошлым, масштабности: переход от сокрушительных войн, революций, глубочайших кризисов первой половины столетия к относительной стабилизации его второй половины.

Охватывая эру «холодной войны» и выхода из нее, он снова доказал сколь велика значимость российско-германских отношений для общемировой динамики.

Мы далеки от идеализации тех перемен, которые произошли в мире под воздействием тех сдвигов, которые вызвали этот глубокий и благотворный переворот в отношениях между Россией и Германией в 60-е – 80-е годы.

Несмотря на убыстрение темпов истории, прошлое не искореняется из сознания чудесным образом, и правы древние, говорившие, что «мертвый хватает живого». Требуется время и очень большое желание, чтобы переступить через беспощадную жестокость и преступления военной поры. Последствия тоталитаризма и массовых преступлений лишь постепенно стираются исторической памятью новых поколений.

Но один из главных итогов исследуемой эпохи состоит в следующем: поскольку жизнь продолжается, поскольку мы живем соседями на этой земле и за нами почти тысячелетняя история взаимодействия и дружелюбия, новые поколения не должны вечно расплачиваться за ошибки и грехи отцов. Это было вполне осознано трезвомыслящими лидерами.

«Холодная война» в тех условиях и при той расстановке сил была, очевидно, неизбежной. Но и бесплодным «временем, которое съела саранча», как писал Черчилль пусть по другому поводу. Эта бессмысленная потеря времени была в конце концов остановлена разумными россиянами и немцами, доказавшими тем самым, что человеческое начало в людях все же сильнее инфернального.

Этот раскол, центр которого пролег через Германию, был, пожалуй, некоей силой судьбы, но и вместе с тем явлением противоестественным, с точки зрения всемирных процессов интеграции, которые развернулись после войны. Попытки огородиться от меняющегося мира Берлинской стеной и массами танков означали наивную попытку спрятать голову в песок. Они обрекались с самого начала. Дело было лишь во времени, которое должно было смыть преграды. И в приходе «стеноразрушителей». «Стена», как символ, была домом на песке, судьба которого предсказана еще Библией.

Создать единую Германию и установить с ней добрые отношения значило подвести черту под трагедией европейской истории XX века. И открыть путь к созданию единой Европы. И получить выгоды от сотрудничества с наиболее развитыми странами современного мира, сделать важный шаг к укреплению всеобщего мира, столь нам необходимого.

Да, с разрушением Берлинской стены рухнули мифы столетия. А переход российско-германских отношений в русло дружелюбия стал неотвратимым в новом мире, где демократия все более побеждает тоталитаризм.

Итак, конец XX века вероятно стал началом нового качества жизни для России и Германии. Интеграция Европы, по-видимому, такая же закономерность, как и сближение России и Германии, Германии и Франции, как расширение ЕС, а в будущем – создание всемирного сообщества безопасности. Европа становится неделимой, и Россия – неотъемлемая часть ее.

Список использованных источников

1. Брандт В. Воспоминания. – М., 1991. – 312 с.

2. Горбачев М.С. Как это было. – М., 1999. – 210 с.

3. Международные отношения и внешняя политика СССР. (Сборник документов). (1870–1957 гг.) / Сост. Л.А. Харламова. – М., 1958. – 318 с.

4. Объединение Германии и его последствия: материалы и документы / К.К. Баранова, В.Б. Белов, И.В. Борисова. – М., 2001. – 218 с.

5. Сдерживание: Документы об американской политике и стратегии 1945–1950 гг. // http://www.patriotica.ru/.

Страница:  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 


Другие рефераты на тему «Международные отношения и мировая экономика»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы