Внешняя политика стран Юго-Восточной Азии на Ближнем Востоке

В результате под влиянием изложенных факторов воздействие названных выше великих держав на положение дел регионе в значительном ряде случаев носит уже не первичный, а вторичный характер, что имеет немало доказательств. Несмотря на давление США, Малайзия не разорвала дипломатические отношения с Ираком и не закрыла иракское посольство. Министр иностранных дел Малайзии Сайед Хамид Албар заявил в а

преле 2003 г., что Куала-Лумпур выступает против плана наделения США и Великобритании полномочиями по управлению Ираком. Его страна, подчеркнул министр, признает только такое правительство Багдада, которое демократическим путем будет избрано самими иракцами при непосредственном содействии ООН.

Ряд индонезийских мусульманских организаций выступил с призывом к священной войне – «джихаду» против США в ответ на нанесение ими уже первых ударов по Афганистану. В Джакарте и других городах прокатилась волна демонстраций с требованием прекращения агрессии, террористами исламистского толка была проведена серия актов с десятками жертв. Визит президента Индонезии МегаватиСукарнопутри в США в 2001 году сразу же после теракта был подчинен пропагандистской цели. Для США было крайне важно услышать из уст индонезийского президента слова солидарности с Вашингтоном в деле борьбы с международным терроризмом и одновременно продемонстрировать мусульманскому миру, что Америка ведет борьбу не с мусульманами и исламом, а против преступной деятельности террористов. И эта пропагандистская цель была достигнута. Но позднее в свете упомянутых событий, а также вследствие опасения вызвать негативную реакцию со стороны исламского мира, из-за позиции индонезийского президента на саммите АТЭС в Шанхае в октябре 2001 г., несмотря на все усилия американцев, не была принята резолюция в поддержку их военных действий в Афганистане. Индонезия солидаризировалась с позицией Малайзии, предложившей призвать Соединенные Штаты к прекращению военных действий в Афганистане. Президент Мегавати заявила о недопустимости какой-либо группировки или даже правительства оказывать давление на другой народ или государство под предлогом поиска и поимки террористов. Характерно, что эта критика в адрес США была высказана индонезийским президентом в крупнейшей мечети Индонезии «Истикляль» во время праздника, посвященного вознесению пророка Мухаммеда4. Во многих индонезийских политических и научных кругах действия США в Афганистане, создание американских военных баз в Узбекистане, Таджикистане и Киргизии расценили как шаг к установлению гегемонии США в этом регионе.

Наблюдалось охлаждение в отношениях между странами АСЕАН и Японией после принятия последней решения о введении воинского контингента в Ирак в поддержку американской агрессии. Малайзия воспрепятствовала участию США в созданном ею антитеррористическом центре в знак протеста против военных действий американцев в Ираке. Находятся в движении и внешнеполитические приоритеты мусульманских стран региона. В Эр-Рияде Махатхир Мохамад заявил, что мировое исламское сообщество нуждается в том, чтобы такое влиятельное государство, как Саудовская Аравия, стало державой мирового уровня. Эти процессы находят отражение и в положении дел в ОИК. Как отмечает российский востоковед Ю.О.Левтонова, начиная с президента-диктатора Ф.Маркоса практически все поставторитарные главы демократических Филиппин стараются не только поддерживать регулярные отношения с ОИК, но и прилагают немалые усилия, пытаясь обеспечить Филиппинам членство или хотя бы статус наблюдателя в этой влиятельной международной организации. Но все эти попытки официальной Манилы встречают отказ. Представляется, что на позицию ОИК в данном вопросе более всего влияет политико-психологический фактор. Для государств Ближнего Востока Филиппины остаются прежде всего ближайшими союзниками США, Израиля, крупных стран Запада и, кроме того, страной, где христианское большинство проводит политику дискриминации и угнетения мусульманского меньшинства. Подтверждение данного предположения – предоставление в 70-х годах ХХ столетия статуса наблюдателя в ОИК самой влиятельной и массовой сепаратистской организации филиппинских мусульман того времени – Фронту национального освобождения моро (ФНОМ)7. В сложном положении находится и Сингапур. Для наиболее рьяных поборников ислама он представляет собой «прозападно ориентированный космополитический мегаполис», издавна пытающийся диктовать свои правила игры окружающим его странам «мусульманского мира».

На ситуацию, связанную с взаимоотношениями США и стран ЮВА в рассматриваемом контексте, справедливо посмотреть и с другого конца, а именно – по мнению ряда обозревателей, американцы увязли в конфликтах в Афганистане и Ираке, которые ими рассматриваются в русле их отношений с исламским миром в целом, поскольку борьба с терроризмом на Среднем Востоке увязывается Соединенными Штатами с установлением политического контроля над этим регионом. В результате же они оказались не в состоянии уделять должное внимание такому столь важному участку этого мира, каким является Юго-Восточная Азия.

Немалое значение имеет влияние, оказываемое странами традиционного ислама на усиление соответствующих настроений и на внутриполитическую ситуацию в странах ЮВА. И здесь вопрос во многом состоит в том, что борясь с исламским терроризмом в международном масштабе, осуществляя эту борьбу такими акциями, как в Афганистане и Ираке, Соединенные Штаты повсеместно идеологически и морально подпитывают терроризм на местах, и он начинает проявляться там и в таких формах, которые раньше совершенно не предполагались. Происходит переползание терроризма со свойственной ему спецификой и методами борьбы с Ближнего Востока в Юго-Восточную Азию.

Комментируя американо-британскую агрессию против Ирака, малазийский премьер МахатхирМохамад заявил, что мир оказался в шоке, лицезрея, как крупные державы, считающиеся высокоцивилизованными, прибегли к массовому убийству во имя достижения своих целей. По его словам, это указывает, насколько упала мораль таких великих держав, как Соединенные Штаты и Великобритания, сделавших убийство своей основной политикой. Он охарактеризовал действия Вашингтона и Лондона как попытку разрушить систему приоритета международного права.

Джакарта в свою очередь, комментируя события в Ираке, указывала на то, что в этой стране, как и ранее в Афганистане, администрация Дж.Буша действовала на основе стратегии установления мирового господства, обнародованной в сентябре 2002 года в доктрине национальной безопасности. «Эта доктрина не только игнорирует принципы суверенитета других государств, но предусматривает исключительное право США определять, что позволено и что запрещено им делать не в соответствии с документами ООН, а по американским меркам», – отмечала влиятельная джакартская газета «Компас».

На чрезвычайном совещании министров иностранных дел стран ОИК по терроризму в Куала-Лумпуре в апреле 2002 года Махатхир Мохамад предложил свое определение терроризма, включая государственный. По его мнению, «любую вооруженную или иную акцию против гражданского населения, предпринятую индивидуально или с официальной санкции или по приказу, можно считать терроризмом.» В качестве примеров этого международного зла он назвал атаку на Международный торговый центр в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г., атаки палестинских и тамильских боевиков-смертников, действия израильской армии на территории палестинской автономии, массовые убийства мусульман в Боснии. По словам малазийского лидера, терроризм не является монополией какой-то конкретной расы, религии или идеологии. Что касается мусульман, к террору их постоянно подталкивают иностранное угнетение, безысходность и растущая отчужденность в глобализирующемся мире. Следуя в русле заявлений МахатхираМохамада, министерская конференция ОИК резко осудила попытки поставить знак равенства между международным терроризмом и исламом.

Страница:  1  2  3  4  5 


Другие рефераты на тему «Международные отношения и мировая экономика»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы