Теория и практика демократии и тоталитаризма

Хайековская философия свободы, восстанавливающая ценности классического либерализма, нужна сегодня для интеллектуального выздоровления обществ, испытавших на себе ужас тоталитарного рабства, ибо она помогает изживать многие предрассудки "коллективистского" мышления.

Сегодня много говорят и пишут о кризисе демократии. Известный французский политический мыслитель Р. Арон в кн

иге “Демократия и тоталитаризм” пишет: “Можно мечтать об идеальном конституционном режиме без каких бы то ни было несовершенств, но нельзя представить себе, что все политические деятели заботятся одновременно и о частных интересах, которые они представляют, и об интересах сообщества в целом, которому обязаны служить; нельзя представить режим, где соперничество идей свободно, а печать беспристрастна, где все граждане осознают необходимость взаимной поддержки при любых конфликтах”.

Р. Арон рассматривает различные виды разложения конституционно-плюралистических, т.е. демократических, режимов. Так, он считает, что их разложение можно наблюдать на уровне государственных институтов, настроений в обществе, социальной инфраструктуры; они могут разлагаться из-за избыточной олигархичности или из-за чрезмерной демагогичности. Но сам он предпочитает и предлагает другим для рассмотрения простое, по его словам, различение: “еще нет” и “больше невозможно”. Р. Арон поясняет: “Известны конституционно-плюралистические режимы, которые разлагаются из-за того, что у них еще нет глубоких корней в обществе; в то время другие разлагаются под воздействием времени, собственного износа, привычки,– иными словами, их функционирование более невозможно”.

Известный американский политолог С. Липсет отмечал: доверие американцев к власти, ко всем государственным институтам в США устойчиво снижается. Так, общенациональные опросы, проводимые службой Харриса с 1966 г., выявили в 1994 г. самый низкий уровень доверия к правительственным институтам из когда-либо зафиксированных. “Большое доверие” к исполнительной ветви власти выразили всего лишь 12% всех опрошенных (в 1966 г. – 41%, в 1981 г. – 24%). Доверие к Конгрессу выразили – 8% опрошенных (в 1981 г. – 16%, в 1966 г. – 42%). Служба Янкелевича отмечает резкое снижение доли респондентов, уверенных в том, что то, что делается правительством, всегда или в большинстве случаев правильно. В 1964 г. так думало 76% опрошенных, в 1984 г. – 44, а в 1994 г. – 19%12.

В анкете, предложенной центром изучения общественного мнения Мичиганского университета, задавался вопрос: “Могли бы Вы утверждать, что в своей деятельности правительство в основном руководствуется интересами немногих влиятельных группировок, или же оно действует на благо всего народа?” В 1964 г. 29% опрошенных ответили, что правительство действует в интересах ограниченного числа крупных предпринимателей. К 1980 г. этот показатель достиг уже 70%, а в 1992 г. – 80%. Согласно опросу общественного мнения, проведенного институтом Гэллапа в 1994 г., 66% респондентов, входящих в общенациональную выборку, согласились с тем, что “правительство почти всегда оказывается расточительным и неэффективным”. Примерно такой же процент опрошенных высказали мнение, что “большинство избранных должностных лиц мало волнует, что думают простые люди”.

Что касается России, то к ней вполне применима формула кризисного состояния демократии, определяемая Р. Ароном как “еще нет”. Действительно, в России нет глубоких корней демократии (народной власти), не говоря уже о демократии либеральной (конституционной), т.е. власти народа, соблюдающей права каждого человека.

Среди россиян существуют разные взгляды на сущность демократии. Согласно данным социологического опроса населения России, проведенного Центром социологических исследований МГУ в конце 1995 г., на вопрос: “Как Вы думаете, что самое главное в демократии?”, 41% респондентов ответили, что это – законность и правопорядок; 15,6 – свобода личности и 14,8 – власть народа, 4,2 – частная собственность; 2,4% – учет интересов меньшинства.

Сегодня в России наблюдается противоречивая ситуация. С одной стороны, можно утверждать, что демократия пустила в России достаточно глубокие корни. Об этом свидетельствуют ответы респондентов на вопрос: “Поддержали бы Вы лидера, который во имя восстановления порядка в России установил бы с помощью армии и сил безопасности диктаторский режим, или противостояли любой диктатуре, считая, что свобода важнее?” Больше половины опрошенных – 51,8% заявили, что противостояли бы любой диктатуре, 21,8 – поддержали бы такого лидера, 25,2 – затруднились ответить.

В то же время многие исследования говорят о том, что в России растет отчуждение граждан от политики и, прежде всего, от власти. Они попрежнему являются в неизмеримо большей степени объектом политики, нежели ее субъект. О насущных нуждах простых людей стремящиеся во власть слышат только во время предвыборных кампаний, но, войдя во власть, тут же забывают о них и их нуждах. Ответственность властей за результаты своего руководства и управления обществом мала как никогда. Демократическая эйфория, характерная для конца 80-х – начала 90-х гг. прошла.

К. Фридрих и З. Бжезинский в своей работе "Тоталитарная диктатура и автократия" предлагают для определения "общей модели" тоталитаризма пять признаков:

• единая массовая партия, возглавляемая харизматическим лидером;

• официальная идеология, признаваемая всеми;

• монополия власти на СМИ (средства массовой информации);

• монополия на все средства вооруженной борьбы;

• система террористического полицейского контроля и управления экономикой.

Концепция Фридриха и Бжезинского, получившая в историографии название "тоталитарный синдром", оказала большое влияние на последующие исследования в этой области. В то же время неоднократно указывалось на несовершенство их формулы, что, впрочем, признавали и сами авторы.

Недостаток признаков, предложенных З. Бжезинским и К. Фридрихом, заключается в том, что в них нет системности, а главное - не выделен общий интегрирующий признак, нет общей связующей нити. Список черт тоталитаризма можно было бы продолжить. Так, при тоталитаризме утверждается монополия на массовую культуру, централизовано управление художественным и научным творчеством. Все признаки сами по себе верны, но неясно, что, же является наиболее существенным, определяющим, исходным, а что характерным, но все, же производным. Единая массовая партия, общая для всех официальная идеология типичны для тоталитарный режимов, но обусловлены они более общими свойствами тоталитаризма, емко выражающими его сущность.

Страница:  1  2 


Другие рефераты на тему «Политология»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы