Сравнительный анализ мифологического образа _божественного напитка_

В этой связи стоит обратить внимание на 2 момента.

Во-первых, характер взаимоотношений нартов и тхьэпэлъытэхэ. Последние являлись для нартского народа покровителями, причём реальными, появлявшимися среди нартов и действовавшими ради их благополучия. Разве что Псатхьэ был далёк – на вершине Iуащхьэмахуэ. Характерны мотивы, по которым тхьэпэлъытэхэ приглашали на свои санэхуафэ «ходящих по зем

ле человечков» - чтобы, вкусив «хмельного напитка богов», шли и рассказывали своим сородичам об этом «чуде». Это был фактор, культивирующий почтение к тхьэпэлъытэхэ, собирающимся на Iуащхьэмахуэ. Сосрыкъуэ вообще-то эту иерархическую нить, возможно, оборвал. Целесообразно поискать в эпосе упоминания о том, приглашался ли кто-нибудь на Iуащхьэмахуэ выпить санэху после выходки Сосрыкъуэ или там этот обычай вообще прекратился, в связи с отсутствием самого растения. А также – не упоминаются ли какие-нибудь санкции в отношении нартов, Сосрыкъуэ со стороны тхьэпэлъытэхэ. Ведь, возможно, данное сказание свидетельствует начало «звездного часа» нартов и их конечного упадка – божественный обычай стал человеческим институтом, вокруг которого зиждется общественная жизнь нартов.

Составители сборника «Нартхэр» рассказы о Сосрыкъуэ поставили в самое начало. Остальные основные герои – «ровесники», современники Сосрыкъуэ или действуют после него. Сосрыкъуэ вообще особый персонаж нартского эпоса. С его именем связаны дела, имевшие большое значение для всех нартов (спасение зерна Тхагаледжа, возвращение огня, предотвращение вражеского нашествия и т.д.), он присутствует в вариантах сказаний о гибели нартов (Млечный Путь – след копыт коня Сосрыкъуэ, ускакавшего за нартским счастьем; Сосрыкъуэ, ворочающийся в земле, мотивы весеннего пробуждения природы и т.п.). В то же время, Сосрыкъуэ обособлен от остальных нартов. Это наглядно видно в сказаниях о его рождении и гибели. Появившийся из камня, на который села Сэтэней, встретившись взглядом с нартским пастухом на другом берегу Псыжь, чьим сыном он был, не считался ли он чужеродцем? Вспомним пророчества Бырымбыху, негативного шаманического образа, тем не менее, предрекавшей (-го) гибель нартам из-за чужака Сосрыкъуэ. Вспомним, что вражда к нему нартов стала причиной гибели Сосрыкъуэ. Да и сам Сосрыкъуэ предстаёт в эпосе отнюдь не однозначно позитивным героем. Противоречив его образ и противоречиво отношение нартов к нему.

AAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAAA

Интересно, что имя этого героя принято переводить как «сын камня». Но так ли это? Только ли так? Среди нартов в некоторых сказаниях упоминается имя «Сос», но без какой бы то ни было привязки к Сосрыкъуэ, действующего в тех же сказаниях. А египетский историк эллинистического периода (1 век н.э.) Манефон, рассказывая о легендарном завоевании древнего Египта некими гиксосами, указывает, что «гиками» на своём священном языке они называли царей, а словом «сос» в просторечии назывались пастухи (эти сведения приводятся у римского историка иудейского происхождения Иосифа Флавия в «Против Апиона», цит-ся по «Века в хаосе», И.Великовский, пер. с англ., изд-во «Феникс», Р.-на-Дону, 1996 г., с.79). Пастух, посмотревший на Сэтэней, назван в тексте сказания «нартхэм я Iэхъуэ», «нарт Iэхъуэ» - «нартским пастухом», «пастухом нартов». Но просто «нартом» он не назван. Пастухом же у нартов мог быть и не нарт.

Почему именно противоречивая фигура Сосрыкъуэ связана с преданием о санэху?

Интересно было бы попытаться выявить в нартском эпосе слой «до Сосрыкъуэ» (и, следовательно, до появления среди нартов санэху и санэхуафэ). В самом эпосе даже при простом просмотре сборника «Нартхэр» можно заметить некоторые отголоски некоего «старшего» эпического слоя. Например, упоминания об учителе Тлепша по имени Дэбэч в сказании о том, как Сосрыкъуэ обзавёлся конём и оружием. Возможно, деяния Сосрыкъуэ, особенно такое «основополагающее» как «добытие» санэ (в связи с учреждением санэхуафэ), знаменуют собой рубеж «приёма эстафеты» героями основного сохранившегося у адыгов ядра нартского эпоса от предыдущих героев (например, тхьэпэлъытэхэ). В сказе о том, как последний нарт повстречался с адыгом, говорится, что нарт был великаном по сравнению с современным человеком. Так же как сами нарты были «человечками» - цIыху цIыкIухэ - по отношению к тхьэпэлъытэхэ.

В целях сравнения обратимся сначала к мифологии древнегреческой. В данном случае речь идёт о нектаре – «напитке богов».

В доступных источниках (вышеуказанный «Мифологический словарь», а тж. «Легенды и мифы Древней Греции» Н.А.Куна в издании «Легенды и сказания Древней Греции и Древнего Рима» под ред. А.А. Нейхардта, М., изд-во «Правда», 1987 г.) не приводятся какие-либо сведения о нектаре либо связанные с ним истории. Он упоминается в паре с амброзией – «пищей богов»[3].

Амброзией и нектаром обносят богов на их пиршествах на горе Олимп юная дочь Зевса Геба и одарённый бессмертием сын царя Трои Ганимед. Разносчиками могут выступать и другие персонажи.

Таким образом, не имея возможности исследовать собственно тему нектара в древнегреческой мифологии, констатируем, что «напиток богов» под названием нектар фигурирует в древнегреческой мифологии и употребляется на пирах богов на горе Олимп, возглавляемых верховным божеством Зевсом.

Теперь обратимся к мифологии древнеиранской.

Мифологический словарь, с.582: хаома, хаума – авест. от hav- «выжимать» - в иранской мифологии обожествлённый галлюциногенный напиток, божество, персонифицирующее этот напиток, и растение, из которого его изготовляют. Все три образуют несомненное единство. Культ хаомы восходит к древнеиранскому периоду».

Наиболее полные данные о хаоме содержатся в Авесте (главной книге зороастризма), преимущественно, в «Хом-Яшт» («Яште о хаоме»// «Ясна»,9). «Следы обнаруживаются и в иных иранских традициях. Высказывается мнение, что, по крайней мере, часть скифов и сарматов почитала хаому».

Другое название хаомы в Авесте – мада (какова этимология этого слова?).

«Растёт древо жизни хаома у подножия мировой горы Хукарья, посреди озера Варукаша или рядом с ним, у источника Ардви, его охраняет рыба Кара («Бундахишн», «Ментог-и Храт»).

Из описания процесса изготовления мифологической хаомы – напитка и из русского перевода его названия следует, что питье получалось вследствие «выжимки» растения. «Выжимавшие» хаому становились родителями героев – победителей чудовищ, законодателей и т.п. В Авесте «вся древнеиранская священная история строится как результат последовательных выжимок хаомы».

Авеста – памятник зороастризма. «Мифология» предшествующего периода предстаёт в ней через призму этой религиозной традиции. Поэтому вышеприведённая версия «древнеиранской священной истории» основана на беседе Заратуштры с Хаомой.

«Заратуштра восхваляет хаому (речь идёт о напитке и отчасти о божестве Хаома) за то, что она, опьяняя, воодушевляет, дарует силу страсти, способность к обороне, здоровье, целительную силу, рост, мощь, распространяющуюся на всё тело, знание. Благодаря этим дарам Заратуштра побеждает вражду всех враждебных дэвов и смертных. Хаома характеризуется также как прекраснейший из всего материального мира, бледно-жёлтый, золотистого цвета и с гибкими побегами (это уже о растении), хороший, прекрасно и правильно созданный, оказывающий приятное действие, врачующий, победоносный, творец, свободный в силу своей мощи, он препятствует смерти, побеждает вражду, ложь, лучше всего приготавливает путь для души, даёт силу упряжке лошадей в состязании, счастливых сыновей и исполненное верой потомство родителям, святость и знание прилежно занимающимся, супруга и покровителя девицам. Хаому-божество почитают как господина, властителя общины, округи, дома, просят устранить вражду недоброжелателей, покусительства рассерженных, отнять силу из ног, вырвать уши, разрушить дух у обладающих двумя преступлениями (?). Его призывают ударить оружием по телу жёлтого дракона, разбрызгивающего яд, грозящего гибелью в мировой закон – Ашу; ударить по телу разбойника, лживого человека, того, кто разрушает жизнь, того, кто не помнит веру в ашу. Хаома прогнал из своего царства Кересану, уничтожавшего всё, что растёт и препятствовавшего изучению священных текстов[4]. Хаома опоясался данным ему Маздой (в зороастризме – повелитель добра и света) изготовленным духами, украшенным звёздами, и стал поддержкой и опорой священного слова и веры в Мазду».

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «Религия и мифология»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2020 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы