Депутатская этика

Бремя морального выбора: скромность самооценки

Справиться с бременем морального выбора и, по существу, с освоением кредо депутатства, его социальной миссии позволяет, во-первых, систематическое преодоление депутатами неадекватно преувеличенных самооценок и представлений о собственной исключительности, которые по требованию выдают «охранную грамоту»

избраннику, когда тому оказывается удобнее уклониться от нравственной ответственности за содеянное. Хотя у парламентариев нет чрезмерного ощущения личной власти, которым подчас располагает даже мелкий чиновник из аппаратов исполнительной власти, у него есть ощущение значительности как собственной персоны, со сверхпрестижностью своих депутатских занятий, так и того, что творится в залах заседаний и в рабочих комнатах парламентских комиссий. Кажется, будто в этих помещениях могут решаться любые (а не строго определенные Конституцией) вопросы и там чуть ли не творится история.

«Политическая этика требует, чтобы депутат не почитал себя за жалкую марионетку лидеров фракций и исполнительной власти». Но она вместе с тем трезво предлагает оценивать депутатские права и возможности, предотвращая грех собственной заносчивости, выхода за рамки общеобязательных нравственных норм, импульсивное или намеренное уклонение от морального выбора с его непредписываемой «инстанциями» суверенностью решений и оценок. Такое требование политической этики облегчает и достижение компромиссов, столь необходимых для того, чтобы парламент функционировал как слаженный механизм, равно и для того, чтобы не следовать по пути беспринципных компромиссов.

Между тем, в отечественной ментальности еще очень сильны предубеждения против компромиссов, в том числе нравственно оправданных и, тем более, достойных решений в конфликтных ситуациях. Это обстоятельство повлияло и на ценностный аспект массового сознания, а также на значительную часть этических рационализации, созданных с его участием. Не удивительно, что в сознании части депутатов еще не разрушена своеобразная диафрагма, которая задерживает все, что могло бы вести к смягчению политических (и персональных) конфликтов внутри и вовне парламентской жизни, что содействовало бы поиску промежуточных позиций, с которых можно было бы вести переговорный процесс, и не допускало бы применения правила «все или ничего». И даже оправдывало бы компромиссы критерием выбора «наименьшего зла».

Вместе с тем, в той же ментальности, в которой компромиссы клеймятся как «измена принципам», «ловкачество», «попустительство», в лексике двухцветного манихейского мира удивительным образом уживается ориентация на бесконечное лавирование по бурным водам политического моря, когда стратегия как бы улетучивается, испаряется в тактике компромиссных забот или готовности подменить компромиссы уклонизмом, сговором, что превращает «меньшее зло» в зло абсолютное.

Бремя морального выбора: дух парламентского корпоративизма

Освоению ценностей и социальной миссии депутатства как условия для разрешения проблем морального выбора способствует, во-вторых, дух корпоративизма как составная часть нравственного кредо. Палаты российского парламента вполне подходят под обычное определение корпорации как относительно замкнутой ассоциации, которая выражает интересы своих членов и защищает их. Это обстоятельство уже оказалось осознанным депутатами, несмотря на межфракционное противоборство, на отсутствие «симфонической общности» (в терминах евразийства) и зависимость от разделяющих депутатский корпус внепарламентских факторов (влияние интересов избирателей, которые представляют всевозможные группы давления, лоббистские команды, воздействие дисциплины партийных организаций и т.п.).

Однако, есть немало поводов думать, что при этом корпоративная идентичность наших парламентариев еще не основана на подлинном «экспри де кор», духе свободного объединения и социальной чести. Она в большей степени побуждает помнить об обособленном от предгражданского общества «группизме» с его желанием оградить себя от испытания риском, со стремлением получать побольше различных благ, не утруждая ориентацией на достижения политической системы и на свободное развитие самих членов корпорации. Хотя внутри парламента, по всей видимости, так и не утвердились ценности патернализма и вассалитета рядовых по отношению к элитам палат, однако сформировались настроения группового эгоизма, солидаризма, не ведающего самоограничений. Это весьма рельефно проявляется при решении вопросов о парламентской неприкосновенности. В этом пункте дает о себе знать «вилка» во взглядах депутатов и представлениях об их статусе в массовом сознании, в высказываниях «человека с улицы».

Бремя морального выбора: жизненное и профессиональное призвание

В-третьих, – и это самое существенное – нравственное кредо российского депутатства содержит ценности жизненного призвания. Его формула гласит: социальная миссия представительной власти заключается в ответственном служении Делу выражения и защиты общественного блага во властных структурах, не допуская авторитаристского отчуждения власти от пока еще инертного и расколотого общества, игнорирования его интересов и настроений, сужения социальной базы власти, маргинализации общества и личности по отношению к властным структурам. При этом служение общественному благу должно быть сочленено с пока непроясненным корпоративизмом, партийными и территориальными интересами и столь же неясным лоббизмом. Но, так или иначе, именно служение общественному благу лежит в основе морального выбора, является критерием выбора в ситуациях конфликта ценностей.

Такое служение может потребовать от депутатов в ряде случаев самоотверженного поведения, чему лучше всего способствует аскетическая мотивация политической активности и соответствующий нравственный идеал. Но самоотверженность не может быть принципом политического поведения в повседневной деятельности парламентариев. Она не должна жестко противопоставляться личной заинтересованности депутата, чей нелегкий труд неплохо оплачивается и связан с некоторыми материальными льготами, Депутат – не «святой» и не «отшельник», а поэтому оплата его труда означает «честное пропитание» профессионала и оказывается одним из источников независимости его политического поведения.

Хуже, если подобная заинтересованность сопровождается не искренним интересом к самому делу, побуждается не мотивами служения ему, а лишь декорацией подобного служения: публичность деятельности парламентариев подталкивает их к тому, чтобы постоянно демонстрировать свою неиссякаемую озабоченность состоянием общественного блага и делать вид, будто собственные материальные, карьерные, престижные, властолюбивые соображения их ни капельки не беспокоят. Другой вопрос, демонстрируют ли они такую озабоченность с подлинным артистизмом или же делают то же самое бездарно и постыдно, заигрывая с отсталой в культурном смысле частью электората, чьи пристрастия и ожидания включены в массовое сознание (напомним, что парламентская жизнь неизбежно театрализуется, становится по своему привлекательным зрелищем и в том нет прегрешения, если только при этом не утрачивается эстетическая мера).

Страница:  1  2  3  4  5  6  7 


Другие рефераты на тему «Политология»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2024 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы