Импрессионизм в русской живописи конца XIX – начала XX веков

Под влиянием Поленова Коровин рано нашел свою тему – человек в пленэре – и стал уверенно совершенствовать мастерство. Первые его шаги в искусстве отмечены поисками нового живописного языка. В его произведениях повествовательный рассказ начинает сменяться динамичным показом, жизнь человека и природы трактуется как единый поток, как взаимосвязь всего живого в процессе развития и роста. Немало спо

собствовала тому импульсивная натура Коровина. Увлекающийся, влюбленный в красоту мира, он передавал чувственную его сторону, прославляя радость жизни со всей силой своего эмоционального восприятия.

Дора Коган отмечала: «…живопись импрессионистов воздействовала на искусство Коровина как своего рода катализатор, повышая интенсивность процессов, происходивших в нем ранее». А по словам Бориса Астафьева, «восприимчивость Коровина объяснялась еще, помимо личного темперамента художника, замедленностью тогдашнего темпа русской государственности и быта в сравнении с Западом: возникавший динамический контраст представлялся глазу русского художника, естественно, острее и интенсивнее, чем уже привыкшему к сильным раздражениями глазу западного европейца». Однако высвобождение времени в живописи Коровина не получило такого главенствующего значения, как в системе французского импрессионизма. У Коровина при всем ускорении временного потока пространство и материальность натуры продолжали доминировать и не растворялись в нем.

Следует отдельно разобрать очень важную поездку по Северу Коровина и Серова в августе-сентябре 1894г. Художники почти полностью повторили маршрут Мамонтова, побывав в Архангельске, на Мурмане и в Северной Норвегии. С видами крупных гаваней - "Архангельский порт на Двине" (1894), "Гаммерфест. Северное сияние" (1894-1895) - соседствуют изображения малолюдных становищ ("Мурманский берег", 1894), моря и необитаемых островов. Рядом с широкими панорамами - "Ручей св. Трифона в Печенге" (1894) - интимные, "уголковые" пейзажи - "Зима в Лапландии" (1894); редкий для тех лет натюрморт с рыбой.

Коровин много и увлеченно работал. Итогом этого явилось большое количество этюдов, в которых живописец, по меткому выражению искусствоведа Виктора Никольского, «окончательно постиг чары колорита серебряных оттенков и жемчужно-опаловых мерцаний». Однако если в работах, привезенных из Франции, Коровин выдвигал на первое место чисто импрессионистические проблемы - передачу воздушной среды в какой-то определенный момент, то в северных произведениях образы более устойчивы и (не побоимся применить это слово к порой очень небольшим этюдам) монументальны. Пораженный величественной и могучей красотой Заполярья, укладом жизни людей, которым изо дня в день приходилось бороться за свое существование, мастер старался запечатлеть самые существенные стороны Севера: «Каждый его северный этюд — это переживание, часто не лишенное драматичности и внутренней напряженности, каждое полотно имеет четко выраженный сюжет». Своими работами, привезенными из этого путешествия, Коровин блестяще ответил на постоянные утверждения о его легкомыслии, которые часто высказывались не только художниками старшего поколения, но и его сверстниками.

2.2.1 «Пристань на севере» Константина Коровина

Хотелось бы поподробнее остановиться на одной из картин, написанных под впечатлением от северного путешествия. Это «Пристань на севере», которую художник завершил уже по возвращении из поездки (1895 г.). Работа хранится в Тюменском областном музее изобразительных искусств, что и послужило дополнительным аргументом в пользу выбора именно этого произведения для подробного рассмотрения.

Что же это? Первый беглый взгляд глаз отчетливо определяет весьма строгий и аскетичный натюрморт с двумя рыбами. Но это далеко не все, рыбы слегка сдвинуты от центра вправо, что дает возможность глазу проскользнуть дальше, «вглубь» картины, где мы видим бытовую сценку отдыха рыбаков: кто-то сидит, кто-то лежит, все они увлечены каким-то отнюдь не рабочим моментом, возможно, игрой в карты, удочки лежат поодаль. Несмотря на суровость, Север не безлюден. Во всех северных работах Коровин изображает или людей, или следы человеческой деятельности. И все это – и рыбы, и рыбаки – вписано в лаконичный и вместе с тем величественный северный пейзаж, так знакомый нам по другим северным работам Коровина. Преобладающие в картине горизонтали объединяют произведение, которое, по сути, является синтезом трех жанров, в одно целое. Все подчиняется горизонталям, подчеркивающим покой и вместе тем живой трепет жизни в данный конкретный момент: и лежащие рыбы, и направление досок пристани, и отдыхающие рыбаки, и невысокие ряды бочек, и плавные линии холмов на горизонте, и даже низкое северное небо. Вместе с тем практически свободная диагональ, идущая от левого нижнего угла картины к правому верхнему совершенно отчетливо выделяет два плана. Лишь однажды эта диагональ пересекается удочками, и именно эта небольшая деталь не дает композиции распасться на натюрморт и бытовую сценку.

Цветовая гамма «Пристани на севере» серебристо-приглушенная, преобладают охристые, серовато-лиловые, бурые, сизые тона. Совершенно отсутствуют какие бы то ни было яркие пятна. Самыми яркими на картине мы видим полосы на одежде лежащего рыбака, они-то во многом и привлекают внимание к этой группке людей, которые практически сливаются с окружающей средой. Итак, «овладев разнообразием красочной палитры в предшествующие годы, живописец обратился к сдержанной серебристо-серой, почти монохромной цветовой гамме, которой только и можно было передать ощущение северной природы». Широкие, уверенные мазки, отсутствие детализации, богатство тоновых переходов, несмотря на сдержанность палитры – все это характерно для северных работ Коровина.

В этой работе мы можем проследить черты характерные для работ русских импрессионистов. Это «этюдность» и некоторая незавершенность, которые обеспечивают тот «трепет жизни», который был столь значим для них. Это и отсутствие той динамизации, которая была характерна для городской Франции, ведь ритм жизни европейских городов несравним с ритмом русской жизни вообще и русского севера в частности: русское «мгновение», как ни крути, «продолжительнее» французского. Это и большая нагруженность смыслом: русский импрессионизм так и не перешел до конца в разряд живописи ради живописи. За этюдностью по-прежнему стоит нагруженность смыслом, что отлично видно на примере северного цикла. Овладев «внешностью» в «Пристани на севере», Коровин при этом не отпускал и присущее русскому искусству содержательное начало. За фрагментарностью – продуманная композиция, за мимолетностью момента – ясное смысловое начало: рыбная ловля – основа северного быта, а выловленная рыба – то, что обеспечивает рыбакам возможность безмятежного отдыха даже в условиях северной действительности с ее холодным летом и надвигающейся суровой зимой. При этом, конечно, стоит отметить, что Коровин виртуозно владеет импрессионистическими приемами передачи свето-воздушной среды: легкая серебристая туманная дымка задает колорит картине, диктует отсутствие резких контрастов, общую приглушенность палитры и некую обобщенность фигур.

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «Культура и искусство»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2020 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы