Адыгские педагоги-просветители

В заключении мы хотели бы отметить, что басни У.Берсея и сегод­ня не менее актуальны, чем полтора века тому назад, поэтому их можно обоснованно рекомендовать национальной (адыгейской) начальной шко­ле. Басни могли бы быть включены и в учебники, книги для внеклассно­го чтения, по родному адыгейскому языку и чтению для начальных клас­сов.

Все это стало возможным благодаря научным поиск

ам адыгских ученых - лингвистов, филологов, - и прежде всего докторов наук У.Зекоха и Ш.Хута. Отметим, что перевод всех двенадцати басен У.Берсея с адыгского языка, основанного на арабской графике, на современный Ады­гейский язык сделан весьма удачно У.Зекохом. Девять басен переведены на русский язык Ш.Хутом.

2.2. Чишмай Пшунелов - педагог и просветитель

"Истина - дочь времени ." В том, что это именно так, всякий раз убеждаешься, впервые открывая для себя того или иного общественного деятеля, чье имя еще сравнительно недавно находилось, по тем или иным причинам, под негласным, а порой и официальным запретом, предава­лось незаслуженному забвению. Немало их вернулось (и продолжает воз­вращаться) к нам из исторического небытия за последние годы. И одно в этом, далеко неполном еще ряду, - имя Чишмая Тоховича Пшунелова (1887-1943) деятеля национального просвещения, представителя не­многочисленной дореволюционной адыгской учительской интеллиген­ции, активного участника национально-культурного и школьного строительства в советское время, одного из первых учителей-методис­тов области, первого заведующего Адыгейским педагогическим тех­никумом.

В 1940-е годы Ч.Т. Пшунелов подвергся необоснованной полити­ческой репрессии по сфабрикованным обвинениям, после чего его имя и вклад в дело просвещения родного народа и оказались надолго и незас­луженно "забыты" соплеменниками. Остаются неизвестными они по существу широкой педагогической общественности нашей республики и по сей день. По той же причине, к сожалению, фактически не собрано и не изучено печатное и иное творческое наследие педагога.

Ч.Т. Пшунелов родился 16 марта 1887 года в селении Урупском Баталпашинского уезда Кубанской области. Происхо­дил он из многочисленного и весьма уважаемого среди односельчан крестьянского рода.

В силу исторических обстоятельств оказавшиеся в окружении мно­гочисленного русского населения, вблизи от крупного культурного и торгово-экономического центра - Армавира, жители Урупского гораздо раньше других горцев ощутили и острее чувствовали насущную потреб­ность в знании русского языка и грамоты. Многие урупчане поэтому стре­мились определить своих детей в школы соседних русских сел и Армави­ра, отправляли их на учебу за десятки верст в абазинский а. Бибердово, где еще в 1870-е г оды открылось сельское двухклассное училище. Не были исключением и Пшунеловы. Так, в Бибердовской школе неплохо учился, стараясь не отставать от своего одноклассника и земляка, будущего ре­волюционера М.Х. Шовгенова, один из старших родственников Чиш­мая Пшунелова - Адышес.

В 1897 г. и в самом Урупском открывается собственное начальное училище, содержаться оно будет на средства аульского общества с полу­чением небольшого пособия от казны и частных пожертвований почет­ного блюстителя Индриса Мамжиева, одного из наиболее обеспеченных уроженцев аула.

Отец Чишмая, Тох, человек хотя и малограмот­ный, но от природы проницательный и мудрый, заметил и старался вся­чески поощрять весьма рано пробудившиеся в сыне пытливый ум и жаж­ду знаний. Когда, после окончания урупского училища, перед Чишмаем встанет вопрос о продолжении образования, именно по совету и настоя­нию отца он поступит в Ставропольскую мужскую гимназию - одно из лучших и престижных учебных заведений Юга России. Годы пребыва­ния в стенах гимназии очень многое дали и во многом предопределили как профессиональный выбор, так и всю дальнейшую судьбу Чишмая Пшунелова. Вместе с аттестатом о среднем классическом образовании он получает здесь и специальность учителя начальных городских и сель­ских училищ, т.е. народного учителя. (В средних общеобразовательных учебных заведениях дореволюционной России имелись специальные, так называемые педагогические классы, предоставлявшие возможность по­лучения выпускниками профессии учителя, при наличии хорошего атте­стата, соответствующих к этому занятию склонностей и, разумеется, же-

Другой Пшунелов - Юсуф, окончит в начале века Каирский университет и займется впоследствии, как и его двоюродный брат Чишмай, учительской деятельностью.

В 1909 году, после окончания Ставропольской гимназии, началась активная трудовая деятельность Пшунелова на избранном поприще. Уже вскоре молодой педагог распоряжением попечителя Кавказского учеб­ного округа назначается заведующим Урупским нормальным училищем и возвращается в родной аул. Преподает в школе общеобразовательные предметы. Здесь уместно было бы напомнить, что на сегодня известны имена лишь четверых народных учителей-адыгов, трудившихся в начале века в аульских министерских школах Кубанской области: Анчок Шемгохов, Нох Геев, Сафербий Сиюхов и Чишмай Пшунелов - первопроход­цы и подвижники национального просвещения, представители еще толь­ко формировавшейся адыгской учительской интеллигенции!

Ко времени работы в урупском училище относится и начало обще­ственной и просветительской деятельности Пшунелова. Причин же для общественной активности, публичного проявления своих гражданских чувств и убеждений у лучшей части национальной интеллигенции в этот исторический период было более чем достаточно. Особое беспокойство вызывало бедственное положение народного образования, отсутствие достаточною количества школ и просветительских учреждений и, как следствие, культурная и техническая отсталость, невежество широких масс коренного населения области. Пшунелов выступает на страницах местной печати с изложением собсгвенных взглядов на постановку школь­ного дела среди горцев, исходя при этом из своих личных наблюдений и опыта непосредственной учительской работы. Наибольший интерес для нас представляет статья "Горцы Кубанской области и образование", по­мещенная в одном из номеров "Кубанской школы" - местного учительс­кого журнала, с которым плодотворно сотрудничал и другой деятель адыгского просвещения - Сафербий Сиюхов. В относительно небольшой, но весьма содержательной публикации педагог обращает внимание вла­стей и учебного начальства на плачевное состояние народного образова­ния в крае, поднимает злободневные проблемы сельской школы, предла­гает пути и методы повышения качества обучения, рационализации учеб­но-воспитательною процесса, улучшения материального положения как самих школ, так и учителей, в них работающих.

Красной нитью проходит в статье мысль о необходимости и исклю­чительной важности при постановке школьного дела среди горцев обя­зательного учета специфических местных условий и традиций, националь­но- бытовых и религиозно-психологических особенностей населения. Звучали в ней и конкретные предложения - учредить, в частности, в реги­оне национальную учительскую семинарию, которая выпускала бы специалистов для горских школ. Другая насущная потребность - в откры­тии специального учебного заведения, предназначенного для подготов­ки учителей мусульманского вероучения - коренное население испыты­вало острую нужду как в народных учителях из своей среды, так и в про­фессионально подготовленных вероучителях. В последнем случае, Пшу­нелов высказывался как убежденный сторонник так называемого ново-методного образования: " . в этом училище (медресе), кроме наук религиозных, должны преподаваться и науки светские - общеобразова­тельные, ибо духовной жизнью народа должны ведать не узкие профес­сионалы, а широкообразованные люди .[7,45]

Страница:  1  2  3  4  5  6  7  8  9  10 


Другие рефераты на тему «Педагогика»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2019 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы