Христианизация коренных народов Сибири

Дальнейших попыток переводов молитв и Библии на языки народностей Севера в первую четверть XIX в. не предпринимались, а в 1826 г. Русское библейское общество было закрыто и труды его уничтожены. Поводом к закрытию послужили, в частности, переводы Библии и молитв на «нехристианские языки», в чем видели поход против православия, а тем самым и против основ русского самодержавия. Дело в том, что пр

авославие и его распространение рассматривались как действия, призванные привести к русификации обращаемых не только по языку, но и по укладу быта. По мнению иркутского архиепископа Вениамина, сущность и смысл деятельности русских миссионеров в Сибири заключались в борьбе «не только с чужой верою, но и с чужой национальностью, с нравами, привычками и всею обстановкою обыденной жизни инородцев… чтобы сделать их не по вере только, но в по национальности русскими». Такова была клерикальная точка зрения на задачи, характер и приемы христианизации. Была и другая — официальная, «Устав об инородцах» 1822 г. утвердил принцип религиозной терпимости (не без влияния руко­водителей Русского библейского общества). Составитель устава М.М. Сперанский был активным деятелем этого общества. Оче­видно, этим объясняются просветительские идеи, понимание необ­ходимости изучения местных языков миссионерами, в этом они видели путь к успешной, пропаганде христианства. Несмотря на ликвидацию Русского библейского общества, кое-где на местах миссионеры продолжали заниматься подготовкой переводов Еван­гелия и молитв, а также составлением букварей для обучения грамоте детей на их родном языке. Синод не препятствовал такой активности миссионеров, особенно в 40-х гг. XIX в., когда оказа­лись более или менее удачными опыты по созданию букваря, а за­тем переводов богослужебных книг па алеутский язык миссио­нера И.Е. Вениаминова. В то же время Синод не проявлял осо­бого доверия к трудам миссионеров, и все их начинания по со­чинению грамматик, составлению словарей проходили через Ака­демию наук.

Основанная в 1875 г. особая переводческая комиссия в Казани (не без воздействия и поддержки И.Е. Вениаминова, тогда уже московского митрополита) главной своей задачей считала пропа­ганду «православно-русского просвещения» при помощи родных языков обращаемых. Однако далеко не все официальные предста­вители православия разделяли взгляды Вениаминова и его после­дователей, особенно такого, как Н.И. Ильминский. Они рассмат­ривали просвещение национальных меньшинств России лишь как средство русификации и обращения в православие.

3. Проблема крещения и обращения в православие

В 1868 г. по указанию московского митрополита Иннокентия (И.Е. Вениаминова) епископом камчатским, курильским и алеут­ским был назначен преосвященный Вениамин, отличавшийся крайне реакционными взглядами, впрочем вполне согласовывав­шимися в области национальной политики со взглядами поме­щичье-дворянского правительства Александра П. Это был оголте­лый русификатор, считавший, что «миссия православная по отно­шению к инородцам есть миссия обрусения». Поэтому он полагал: «Крестить желающего можно и прежде уничтожения в нем шаманских воззрений; но болванчиков у крещеного истреблять необходимо, потому что он их сравнивает с иконами; также нужно запрещать ему ходить к шаманам, как русским запрещается ходить к колдунам». Таким образом, он поддерживал крутые меры приобщения к православию «сибирских инородцев».

Далее этот духовный наставник сибирской паствы утверждал, что и просвещение для местного населения необязательно. «По-моему, — говорил он, — общечеловеческое образование полезно только крещеному, христианину с убеждениями, а без этого оно порождает только нигилизм». Все это шло вразрез со взглядами на данный вопрос И.Е. Вениаминова. Вениамин откровенно осуждал деятельность И.Е. Вениаминова на Камчатке, где «приобщение новых чад церкви не составляет никакого труда». Тем не менее И.Е. Вениаминов «считал нужным запрещать приглашать язычников креститься, а крестить только тех, которые сами будут искать крещение. Это уже было новое веяние в миссионерской деятельности, направлявшееся официальными представителями православной церкви. Они давно убедились в том, что принудительная христианизация не дает желаемых результатов. «В прежнее время обращение инородцев в христианство . было чисто внешнее . Совсем другим характером отличается (за последние 30—40 лет) деятельность миссионеров нового времени. Здесь па первый план ставится забота о сознательном усвоении инородцами христианского учения и особенно о христианском воспитании детей, новокрещенных. Поэтому устройство инородческих школ — одна из первейших за6от миссионеров . Теперешние миссионеры старались изучить язык инородцев и на нем излагают евангельские истины и совершают богослужение … Миссии устраивают . больницы, богадельни и пр.» Как видим, методы распространения христианства в Сибири изменились: от принуждения к относительной добровольности принятия крещения. Успех обеспечивала хорошо придуманная система воздействия па туземное население.

4. Образование и медицина, как средство христианизации

Школы грамоты «в населении инородческом . принимают на себя все дело христианского воспитания, ибо инородческая, даже, не может дать детям христианских навыков, а напротив, растит их в бытовых и отчасти даже религиозных навыках и понятиях языческих и иноверных. Посему инородческой школе грамоты нужно дать наибольшую возможность религиозно-воспитательного воздействия на своих питомцев, предоставляя им в этих школах, на первых порах, обучаться на родном наречии». По мнению якутского епископа Мелетия, «проповедник Евангелия должен изучать языческие религии . должен говорить их понятиями . Они [язычники] будут видеть в нем не чуждого чело­века . но человека, близкого к ним, и учение его, примененное к их понятиям будет казаться им родным. Проповеднику нужно пользоваться и понятиями тех, которым он хочет возвестить слово истины». Повсеместно создавались миссионерские школы, ставившие своей первейшей задачей внедрить в сознание детей угодные царю и церкви терпение, послушание и смирение. Об этом же портят проповеди и поучения духовенства, обращенные ко взрослым.Кроме того, «белое и черное духовенство православной церкви, — писал В.Д. Бонч-Бруевич, — старается, проникнуть всюду и везде, где только возможно, в самые недра народной казня — в качестве учителя, фельдшера, проповедника, помощ­ника и печальника в горестях и болезнях». Помимо официаль­ных деятелей православной церкви были и частные миссионерские организации. Одной из самых больших, широко известных органи­заций, обладавших значительными средствами, было основанное в 1869 г. в Москве Православное миссионерское общество. Чле­нами его состояли духовные лица, светские люди, члены царской фамилии, великие князья и т. д. Этим подчеркивалось, какое зна­чение придавалось миссионерской деятельности в то время, а также утверждалось полное совмещение интересов царизма с интересами православной церкви. Не было ни одной стороны жизни аборигенов Сибири и Севера, в которые не вмешивались бы радетели христианства. «Великий инквизитор», как называли обер-проку­рора святейшего Синода К.П. Победоносцева, в конце XIX в. уси­ленно насаждал среди духовных служителей основы медицинских знаний. Миссионеры снабжались аптечками, чтобы, оказывая кое-какую медицинскую помощь, они могли внедриться еще глубже в частную жизнь населения, еще больше войти в доверие народа. Эти действия помогали отвоевывать одну из самых существенных функций шаманов — лечение, подрывать их авторитет в глазах народа. Пропагандистские средства православной церкви в конце XIX в. достигли огромных размеров: в 1899 г. церковь издавала 86 газет и журналов. Совершенствовались приемы и методы рас­пространения христианства, при этом учитывались местные осо­бенности.

Страница:  1  2  3 


Другие рефераты на тему «Религия и мифология»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2018 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы