Коран и арабская литература

Заработок на криптовалютах по сигналам. Больше 100% годовых!

Заработок на криптовалютах по сигналам

Трейдинг криптовалют на полном автомате по криптосигналам. Сигналы из первых рук от мощного торгового робота и команды из реальных профессиональных трейдеров с опытом трейдинга более 7 лет. Удобная система мгновенных уведомлений о новых сигналах в Телеграмм. Сопровождение сделок и индивидуальная помощь каждому. Сигналы просты для понимания как для начинающих, так и для опытных трейдеров. Акция. Посетителям нашего сайта первый месяц абсолютно бесплатно.

Обращайтесть в телеграм LegionCryptoSupport

Распад Халифата способствовал децентрализации литературы. Важнейшим из местных литературных центров 10 в. стал г. Халеб. Здесь, при дворе Хамданида Сайф ад-Даула, жил поэт-панегирист алъ-Мутанабби. Его хвалебные и сатирические касыды насыщены стилистическими украшениями, изысканными метафорами, гиперболами и сравнениями; в отделке стиха он достигал изощрённого мастерства. В 11в. в Сирии жил поэ

т и мыслитель Абу-ль-Ала алъ-Маарри. Начав с подражания Мутанабби, он ещё более усовершенствовал технику стиха, введя усложнённые двойные рифмы. Видными прозаиками 10 в. были Абу Хайян ат-Таухиди и ат-Танухи. Рифмованная проза получила распространение в светской литературе. Абу Бакр аль-Хорезми написал в этой форме остроумные «Послания» («Расаиль»), а Бадиаз-Заман аль-Хамадани создал оригинальный жанр — макаму, которую считают высшим достижением арабской прозы. Макамы Хамадани составили цикл из 50 плутовских новелл, или рассказов о приключениях и перевоплощениях изворотливого бродяги. Макамы проникли в литературу из городского фольклора. Однако если у Хамадани арабская проза сохранила живость и непосредственность, то у многочисленных его подражателей (в том числе у аль-Харири, она выродилась в стилизацию.

Особняком стояла арабская литература в Андалусии (арабская Испания), тесно связанной с Магрибом. В 8—10 вв. Андалусия в культурном отношении оставалась провинцией Халифата, нормой для её поэзии являлись образцы, сложившиеся на востоке Халифата. Андалусскую поэзию представляли: утончённый лирик и автор эпические поэмы о завоевании Испании арабами аль-Газаль; составитель популярной антологии «Единственное ожерелье» и автор анакреонтических стихов Ибн Абд Раббихи; сочинитель около 60 касыд Ибн Хани. Однако постепенно в андалусской лирической поэзии не только появился местный колорит, но и возникли строфические формы мувашшах (опоясанный) и заджал (мелодия), до тех пор чуждые арабской поэзии. Они родились в простонародной среде в результате взаимодействия культуры арабов, берберов и местного романского населения. Мувашшах, впервые упоминаемый в конце 10 в., проникнув в литературу, распространился и на восток Халифата, а к 13 в. принял застывшие формы, превратившись в предмет формалистических упражнений. Заджал избежал стилизации и остался излюбленным народным жанром в мусульманской и христианской Испании, попал в другие арабские страны и, по-видимому, оказал влияние на развитие ранней провансальской поэзии. Сохранился диван крупнейшего представителя этого жанра Ибн Кузмана. Расцвет андалусской поэзии на литературном арабском языке приходится на 11 в., когда Кордовский халифат распался на несколько эмиратов. В каждом из них возникли придворные литературные кружки. Всюду преобладала панегирическая, эротическая и вакхическая поэзия. Крупным центром стала Севилья с её поэтами-меценатами аль-Мутадидом и аль-Мутамидом. Последний кончил свою жизнь в Марокко, находясь в плену; его добровольным спутником в заточении был знаменитый поэт-лирик из Сицилии Ибн Хамдис. В Севилье жил последний крупный арабский поэт Кордовы Ибн Зайдун. Многие андалусские поэты 11—13 вв. прославились элегиями на падение арабских династий и городов под ударами Реконкисты (Ибн Абдун, аль-Вакаши, Ибн Хафаджа, Салих ар-Ронди). В прозе выделяются Ибн Хазм, создавший «Ожерелье голубки» — своеобразный трактат о любви, и Ибн Туфайль, автор философского романа «Живой, сын бодрствующего».

С середины 11 в., несмотря на количественный рост, арабская литература носит печать упадка. В поэзии начинает преобладать мистика, в прозе — дидактика. Для мистической поэзии характерно сочетание вакхических и эротических мотивов с экстатическими обращениями к божеству. Её видными представителями были андалусцы Ибн аль-Араби, аш-Шуштари и египтянин Омар ибн аль-Фарид. Сицилиец Ибн Зафар сделал робкие шаги к созданию исторической новеллы. Сирийский эмир Усама ибн Мункыз написал единственную в средневековой арабской литературе художественную автобиографию «Книга назидания». Ибн Арабшах, увезённый Тимуром из Багдада в Самарканд, в своей дидактической антологии «Приятный плод для халифов» переработал витиеватым слогом североиранские сказки.

С упадком письменной литературы, обслуживавшей культурные и эстетические запросы крупных феодалов и узкого круга образованных людей, наступил расцвет устно-поэтического творчества. В Египте и Сирии, куда после монгольского нашествия (13 в.) окончательно переместился центр арабской литературы, распространились жанры мувашшах и заджал. Суфийские поэты и даже придворный поэт Бахааддин Зухайр стремились писать языком, близким к народному, Ибн Даниял в Египте записал лубочные пьесы для теневого театра. Получили распространение в 13—15 вв. и позднее своеобразные народные произведения в жанре сира («жизнеописания»), т. е. циклы рассказов на героические и любовные сюжеты, связанные с историческими и вымышленными лицами и событиями. Европейская терминология классифицирует их как рыцарские романы. Эти произведения исполнялись сказителями-актёрами на улицах и площадях. Важнейшие сиры: о поэте-воине 6 в. Антаре и его возлюбленной Абле, о мамлюкском султане Бейбарсе, о переселении племени бану-хилаль в Египет и Северную Африку, о Зу-ль-Химме. Некоторые из них начали складываться, по-видимому, очень рано. Народная память пронесла их через века, а сказители каждого поколения наслаивали новые эпизоды и подробности, внося в них анахронизмы и противоречия. В сирах отразились события эпохи крестовых походов (герои обычно совершают подвиги в сражениях против «неверных» — «франков» или «румов»). К тому же типу народной литературы относится сборник сказок «Тысяча и одна ночь», в состав которого наряду с фольклорными и литературными материалами полностью вошла, сира об Омаре ибн ан-Нумане.

Арабская литература 16—18 вв., скованная схоластикой и традиционными рамками, имела ограниченное значение; важна лишь непрерывная рукописная традиция, сохранившая до наших дней многие памятники прошлого.

Чисто духовное явление — возникновение новой мировой монотеистической религии — сопровождалось неотделимыми от него политическими последствиями эпохального значения: арабской экспансией, приведшей к образованию мощного теократического государства — Халифата.

Религиозные представления древних арабов можно определить как патриархальный генотеизм, при котором каждое племя верило в своего особого бога-покровителя. При этом идея племенного божества не только не исключала, а, напротив, подразумевала существование иных богов — покровителей других племен. Ко времени возникновения ислама первобытный натурализм языческих культов и примитивно-чувственные мифологические представления уже утратили власть над сознанием аравитян; этому способствовали широкие связи аравитян с соседними народами и знакомство с учением иудеев и христиан. Языческому культу многочисленных племенных божеств ислам противопоставил вероучение о едином, могущественном, милосердном, всеведущем и вездесущем верховном божестве-творце, правителе и верховном судии мира. Языческие верования, основанные на преклонении человека перед грозными силами природы, сменились религией, обращенной к человеку, к его нравственным потребностям, к его судьбе, земной и посмертной.

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «Литература»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2022 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы