Обэриуты

Заработок на криптовалютах по сигналам. Больше 100% годовых!

Заработок на криптовалютах по сигналам

Трейдинг криптовалют на полном автомате по криптосигналам. Сигналы из первых рук от мощного торгового робота и команды из реальных профессиональных трейдеров с опытом трейдинга более 7 лет. Удобная система мгновенных уведомлений о новых сигналах в Телеграмм. Сопровождение сделок и индивидуальная помощь каждому. Сигналы просты для понимания как для начинающих, так и для опытных трейдеров. Акция. Посетителям нашего сайта первый месяц абсолютно бесплатно.

Обращайтесть в телеграм LegionCryptoSupport

Даже самые лояльные и влиятельные авангардные организации – ЛЕФ и Литературный Центр Конструктивистов – не смогли уцелеть: в 1930 году обе группы были атакованы за принципиальное расхождение с марксизмом и вслед за тем распущены. Те же объединения, которые демонстрировали известную независимость от режима, как, например, имажинисты, были разогнаны ещё ранее и на основании ещё более зловещих обв

инений. Не удивительно, что самая трагическая участь постигла наиболее радикальную из авангардных групп – ОБЭРИУ. В 1931 году её члены Хармс и Введенский были арестованы: авангардная поэтика, свидетельствуют материалы следствия инкриминировалась им как подрывная работа против советской власти [Винокурова, 2000].

Социальная неприемлемость художественных позиций и поэтической практики поэтов ОБЭРИУ слишком скоро привела к ликвидации этого последнего в истории постфутуристического объединения. После распада ОБЭРИУ часть этих поэтов продолжает дружеское и творческое общение в редеющем кругу единомышленников. То, чего не довершила советская репрессивная машина довершает война, после которой единственными, хотя и разъединенными свидетелями чинарско-обэриусткого движения остаются Бахтерев и Друскин: первые – эпохи его становления, второй – на протяжении всей его эволюции. И только спустя пол столетия сколько-нибудь полное издание поэтов-обэриутов становится возможным на их родине, столь неблагосклонной к ним при их недолгой жизни [Мейлах, 1994].

Началось всё с внимания к детским стихам Д. Хармса и А. Введенского, а также раннему творчеству Н. Заболоцкого. Вторая половина 60-х годов открыла шлюз произведениям А. Введенского, Д. Харсмса, К. Вагинова, Н. Олейникова для взрослых.

Видимо, время воскрешает давние имена, потому что в их творчестве сокрыты зёрна свойств, прорастающие сегодняшним интересом. Эпоха пересмотра ценностей раскрепощает ум, делает взгляды более широкими, а суждения более гибкими. Их поэтика – это поэтика максимальной художественной свободы, творческого поиска, самоосуществления духовной энергии [Васильев, 1991].

Объединение Реального Искусства.

Из всех слов в названии следует выделить «реальное». Что разумели под ним? Реальность изображения, идеи, или просто каламбур? При ответе на этот вопрос нам кажется целесообразным обратиться непосредственно к трудам лиц, принадлежащих этому течению. Н. Заболоцкий в статье «Поэзия Обэриутов» (1927) раскрывает программные манифесты творчества ОБЭРИУ. «Реальность» он объясняет как актуальность и современность, необходимость именно обэриутских творческих приёмов, взглядов на мир: «… очищать предмет от мусора стародавних истлевших культур – разве это не реальная потребность нашего времени?»

Интересны суждения Н. Заболоцкого о природе творчества. Он заявляет, что вопреки всеобщему мнению их группу нельзя назвать «заумниками»: «Кто-то и посейчас величает нас «заумниками». Трудно решить, что это такое, - сплошное недоразумение или безысходное непонимание основ словесного творчества? Нет школы более враждебной нам, чем заумь. Люди реальные и конкретные до мозга костей, мы – первые враги тех, кто холостит слово и превращает его в бессильного и бессмысленного ублюдка. В своём творчестве мы углубляем смысл предмета и слова, но никак не разрушаем его». Однако стремилась ли поэзия «зауми» уничтожить слово? Заумь предлагала взглянуть на слово с принципиально новой стороны. Это своеобразный поиск открытия неизвестного в прежней форме. Хотя с другой стороны, здесь есть своя правда. Поскольку у обэриутов действительно не так много примеров эксперимента над словом. Скорее, их увлекали исследования его содержания в определённом контексте, уделяя внимание форме творческого метода, но не форме слова. Возможно, что именно такой новаторский подход обоих групп и сближает их. Но возражение Н. Заболоцкого справедливо. Не следует соединять в одно разные области исследования только лишь за общий принцип открытия нового.

Перед тем как обратиться к более детальному рассмотрению творчества поэтов группы ОБЭРИУ, следует также учесть такую цитату из рассматриваемой ранее статьи: «Может быть, вы будете утверждать, что наши сюжеты «не-реальны» и «не-логичны»? А кто сказал, что «житейская» логика обязательна для искусства? <…> У искусства своя логика…» Действительно, многие исследователи отмечают у ОБЭРИУ такие характерные творческие принципы как: абсурд, алогичность, несоответствие… И они правы, поскольку в произведениях обериутов всё это имеет место быть. Только не понятна негативная реакция автора на «не-реальность», что и подталкивает к поиску истинного смысла, которое автор вкладывает в своё понятие. Скорее всего, здесь речь идёт не о вопросах художественного вымысла, но о практической реальности творчества, где принцип восприятия должен стремиться принимать и абсурдность, и каламбуры как метафорическую категорию настоящего, жизненного, но не надуманного из ничего.

Для более подробного рассмотрения непосредственно творчества обэриутов мною было выбрано произведение «Комедия города Петербурга» Даниила Хармса. У него встречаются как эксперименты над словом, так и над композицией. Но, кроме того, в своём творчестве он обращался и к литературному наследию предшествующих эпох, и к фольклору. Так Хармс синтезировал будущее и прошлое, получая настоящее, которое состояло из попыток поиска нового, верного, лучшего.

Комедия состоит из двух частей: II и III. Отсутствие первой части даёт особое представление о неизвестности того, что было ранее. А точнее даже – невозможности познания.

В произведении фигурируют образы Петра I, Николая II, Катеньки. Их имена можно встретить и в других произведениях Хармса: «Колесо радости жена…», «Я запер дверь»… Эти персонажи неразрывно связаны, прежде всего, с пространственной организацией – Петербургом. Почему автор обращается именно к Петру (основателю города и новой эпохи) и Николаю II (который гибнет вместе с царской Россией). Так обозначены временные рамки – начало и конец. Но чьи они? Они принадлежат, несомненно, тому периоду новых преобразований, которые, возможно и привели впоследствии к революции (если вспомнить статью М. Волошина «Россия распятая», то там высказана мысль о том, что истоки революционного процесса находятся ещё в правлении Петра I). Но эти хронологические рамки принадлежат также и Петербургу. Ведь с приходом советской власти он был переименован в Ленинград. Такая мысль высказывается в финале комедии:

Комсомолец Вертунов: В какую столицу?

Николай II: В Петербург.

Щепкин: В Ленинград, Ваше величество.

Комсомолец Вертунов: в какой такой Петербург?

Николай II: В город Пе-тер-бург.

Это сейчас город снова «воскрес» в Санкт-Петербург, но ко времени написания своего произведения (1927) Хармс об этом обстоятельстве игры с именами не знал.

Образ Николая II несёт в себе эсхатологическое начало, которое распространяется и на Петербург:

«… но только силы у меня нет, Пётр, силы,

брожу ли я у храма ль, у дворца ль,

мне всё мерещится скакун на камне диком,

Страница:  1  2  3  4 


Другие рефераты на тему «Литература»:

Поиск рефератов

Последние рефераты раздела

Copyright © 2010-2022 - www.refsru.com - рефераты, курсовые и дипломные работы